Опять во мне чего-то не хватает.

Весна, апрель, неясное томленье,

И девушки, читающие Фрая,

Вдруг вызывают чувство умиленья.

А я не Фрая - лица их читаю

И думаю: "Бог мой! Что ж будет в мае!"

Метрополитен.

С годами время мчится все быстрей:

Часы, минуты, месяцы, недели.

Я по нему плыла как по реке

Теперь несусь по черному тоннелю.

Уже не знаешь, едешь иль летишь,

Секунд набат звучит многоголосьем.

Несет меня вперед, а может вниз,

И встречный ветер нервов плещет космы.

В каком-то роковом полубреду

До слез в глазах гляжу в чужие лица.

Где те, с кем начинался мой маршрут?

И кто те, с кем он должен завершиться?

Zait not, time over, и из темноты,

Навстречу Оком Огненного Зверя

Слепящий свет вновь вспыхнувшей звезды.

Ну, наконец-то, свет в конце тоннеля!

Благословен любой конец пути,

И можно отдохнуть, не беспокоясь,

О том что вправду светит впереди:

Конец тоннеля или встречный поезд. 

***

Одиночество – страшный порок.

Так и хочется в голос реветь.

Ах, душа моя, дикий зверек,

Мышка-крошка, не грозный медведь.

В темной норке, вдали ото всех

Позапряталась, горе мое,

Ей хотелось бы выйти на свет,

Да вокруг лишь одно Воронье.

Налетят – и мышонок пропал,

А ведь нужно всего – пустяки:

От кусочка, что Боже послал,

Крошку сыра – немножко любви.

Разговор с Призраком.

- Мадам, Вы так прекрасны! И для Вас

Ко всем (и самому себе ревнуя),

Я закажу фокстрот, мазурку, вальс…

- Простите, но я больше не танцую.

- Мадам, в неверных отсветах огня

Мне песней усладите слух, молю,

Пропойте хоть немного для меня!

- Простите, но я больше не пою.

- Мадам, а Ваши дивные стихи!

Припомните, я очень Вас прошу!

Прочтите ну хотя бы две строки!

- Простите, но я больше не пишу.

- Мадам, да Вы ли это, черт возьми!

Где страсть, что согревала жизнь мою!?

О, дайте хоть немножечко любви!

- Простите, но я больше не даю.

- Мадам, мадам, вы отыграли роль.

Что ж, сам тогда спою и стих сложу.

Вдохните в меня творчества огонь.

- Простите, но я больше не дышу!

Стихи про любовь.

Ты все не перебесишься,

На зад свой ищешь сложности.

Любовь – лишь равновесие

Грядущего и прошлого.

Эфирное создание

Увы, столь ненадежное,

Любовь – лишь расстояние 

От лучшего к возможному.

Победы, поражения,

Признанья и молчание.

Любовь - лишь продолжение

Для счастья и отчаянья.

Любовь – лишь продолжение,

Так что же окончание?

***

Все встало на место

Банально и плоско.

Ни тени гротеска,

Ни блеска, ни лоска.

В себя возвращаюсь:

Ракушка готова,

И створки, смыкаясь, 

Скрипят крышкой гроба.

***

Пусть будет светлых звезд союз

И бархатная мгла.

Я диким хмелем обовьюсь 

У твоего ствола.

Я лягу шелковой травой

И потеку рекой.

Потом затменье, вспышка, зной

И солнечный покой.

***

Ты исчезнешь очень тихо,

Без скандалов и без криков,

Разбросает нас обоих

По друзьям и городам.

Я растаю незаметно,

Безвозвратно, безответно.

Так расстанемся достойно,

Только легче ль будет нам?

***

Я траур ношу по погибшему лету,

По мертвой листве, по сгоревшим осинам,

Засохшим жукам, потускневшему свету –

Всему, что когда-то казалось красивым.

Скелеты деревьев торчат в сырость неба,

Под ними костры погребально дымятся.

Да, лето убито, но страшно не это,

А то что и с мертвым с ним жутко расстаться.

Подражание В. Егорову

Что-то холодно, и снег на грязь ложится.

Как промозгло нынче в нашей части света.

Я листом осенним к ветке прицепился – 

Ветер дунет и сорвет – ну как же это!

Вот порыв – и наконец-то улечу я 

В высь святую, где ни горя ни страданий.

Право, что ж сидеть на веточке тоскуя,

Если вот оно так близко, манит, манит.

Пять секунд в круженье бешеного вальса,

Только видно мне земля всего дороже.

Возвращаюсь, с небесами попрощавшись,

Я туда еще вернусь, но только позже.

А пока лежать мне средь других таких же,

Укрываться чистым, легким, белым снегом,

Ждать и видеть как становиться все ближе

Бесконечное, безоблачное небо.

Из «толкиенутого» цикла.

Возвращение.

Я наконец иду домой,

Мой плащ в пыли,

Рюкзак походный за спиной,

А дом вдали.

В тумане сотни огоньков

Как миражи,

И по дороге стук подков…

Нет, шорох шин.

Грозил ужаснейшей бедой

Тьмы Властелин,

Но чуя правду за собой,

Я победил.

Теперь бы отдохнуть в пути

Набраться сил.

Что там, харчевня впереди?...

Нет, пост ГАИ.

Я весь горю, в ушах трезвон,

В башке разброд.

Кто там летит вдали? Дракон?

Нет - самолет.

Ослаб чар и заклятий плен,

Исчез морок.

Кто я? Гном, балрог или эльф?

Нет, я – игрок.

О, как жесток судьбы каприз,

Фортуна зла.

Я верил в то что это жизнь, а не игра.

Ну что ж, присяду отдохнуть 

В березы тень.

Из фляги отхлебну здравур…

Нет, блин, портвейн.

Где сон, где явь, о Боже мой,

Как дальше жить?

Быть может, возвратясь домой,

Про все забыть?

Но все сомнения мои 

Прогонят прочь

Два милых хоббита родных:

Сынок и дочь.

Остранна.

У дальних гор, у диких скал,

Где часто стелются туманы,

Лежит забытая страна

Со странным именем: Остранна.

Там камни плачут до сих пор,

Ушедших эльфов вспоминая,

Несется их чуть слышный стон:

-Они ушли, а мы – остались.

О, эльфы, дети Элберет,

Тяжка в один конец дорога.

Мэллорнов нет, Остранны нет,

Закрыты Мории ворота.

Туман как серый эльфа плащ,

Мелькнет, на камни оседая.

Как безысходен тихий плач,

Он никогда не утихает.

Легенды не найти грустней.

Одни, одни на целом свете!

Подхватит, пролетая, ветер

Легенды древние камней.

(Как жаль, что камни до сих пор

Не допускают в Валинор)!

Корвину.

Небо серым свинцом растеклось

По вершинам деревьев,

Не пуская к нам солнце.

И уже в вышину нет желанья

Взлететь – разобьешься.

На дороге лишь слякоть и лед

Вперемешку со снегом.

И бредешь все вперед и вперед

Меж землею и небом.

Как внезапно исчезло желанье

Постичь беспредельность и вечность.

И слеза не течет и душа не болит – онемела.

Пустота, тишина и безмолвие давят на плечи,

Вырывая озябшую душу из теплого тела.

Вот немного еще и ее уроню я

Как льдинку,

И у вечности тускло она заблестит

На пороге.

Поворот, шаг последний

И в памяти всплывшей картинкой:

На обочине маленький красный цветок

У дороги.

Банальности.

Нелепо?

А, впрочем, в жизни как посмотришь – все нелепо.

Ах, больно?!

Но, позвольте, а кому сейчас не больно?

Банально?

Да даже пошло, если вы опять про ЭТО. 

Довольно. 

Играя, мучаем друг друга мы невольно.

Несчастны?

Смешно ужасно, почему же мы несчастны?

Напротив.

Благополучны и немножечко счастливы.

Бесстрастно

Сейчас смотрю я и, конечно, не опасно.

Но все же,

Ведь было что-то, черт возьми, ведь что-то было!

Прошло?

Да, разумеется, задушено, замято.

Исчезло,

Пинком увесистым отброшенное в темень.

Молчать?

Все это слышать, полагаю, неприятно?

Молчу.

И ухожу. Не навсегда, нет-нет. На время.

***

Я так просто живу.

Я так просто дышу.

Если грустно вдруг станет –

Стишок напишу.

Никуда не лечу,

Ни к чему не стремлюсь.

А совсем припечет,

Так пойду – удавлюсь.

***

«Я тебя не люблю!»

В сотый раз говорю.

Как молитву творю

Или псалом пою.

«Ты не любишь меня».

Говорю себе я.

Все взаимно, а зря.

Вот такая …ня.

Толку нет в той …не 

Ни тебе и ни мне.

***

Как несбыточны желанья,

Как опасны наши встречи.

Понимать то понимаю,

Но от этого не легче.

Может страсть, а может похоть,

Разве сразу угадаешь?

Оборвется сердце в пропасть,

Улетит – и не поймаешь.

***

Остывает закат,

Вдаль плывут облака,

И вороны кричат,

И тоскует луна

В багровеющем небе.

Расплескалась душа,

На стихи изошла,

На пустые слова,

Что иным просто небыль.

Что казалось игрой –

Обернулось судьбой,

Ведь порой мы с тобой

Так безумно и страстно играли.

А вокруг только быль

И закат нам вопит

Об ушедшем, исчезнувшем,

Том, что сегодня не с нами.

Мне бы только понять

В свете мертвого дня,

Улетела тоска

В этот алый закат

Или в сердце занозой осталась?

Снова в грае ворон

Кто-то ставит на кон

И берет миллион,

Только я вот, увы, отыгралась!

***

Сама с себя сейчас фигею.

Все это просто колдовство!

Вы разбудили во мне зверя,

И я боюсь теперь его.

***

Трамваи пахнут поездами,

Приходит время расставаний,

И связи рвутся, а прочней

Казалось не было на свете.

Уходят все –

И даже дети,

Предав, становятся взрослей.

Сквозь злой безжалостный песок

Фонтан моей души истек,

Исчез до капли,

Без остатка.

И вместо радуги из брызг

Остов реальности повис

Над постаментом из порядка.

Депрессняк.

Сегодня мне хотелось умереть,

Как сотни раз до этого хотелось,

Чтобы не видеть грязь, уродство, серость,

Обид не знать и боли не терпеть.

Мне просто очень хочется НЕ БЫТЬ.

За грань безумья заглянув однажды,

Мне в этом мире оставаться страшно,

А все таки приходится в нем жить.

Неоспорима жизни благодать,

Но все ее уловки бесполезны.

Пусть не сегодня – завтра я исчезну.

Меня уже ничем не удержать.

Наблюдение.

Опять башкою об асфальт,

Опять в грязи, не на коне.

И слово грубое «гештальдт»

Торчит булыжником во мне.

***

В ночи меня постигло графоманство.

Остановитесь, время и пространство!

***

Весна:

Потоки грязи, снега серость.

Москва,

Что мне теперь с тобою делать?

Жара

В метро - снаружи холодно.

И март

Глядит с безумьем Воланда.

***

Фортуны подлой рок, Судьбы капризы ли,

Физиология души неодолимая –

Кто стих рожает, кто стихами писает,

Меня вчера стихами просто вырвало.

Неодолимо рифмоизвержение,

Наружу лезут строчки безголосые…

И наконец вздыхаю с облегчением: 

Ну, слава Богу, хоть не пропоносило!